Поиск по сайту

Главная Клуб "Краевед" Доклады Миссия Русской Православной Церкви на Европейском Севере

Л. Л. Тарасов

Миссия Русской Православной Церкви на Европейском  Севере
Краеведческое пособие по материалам экспедиций 1985-2000-х гг.

Данная работа - результат 30-летних исследовательских экспедиций  автора – члена Союза краеведов России и Общества изучения Коми края, преподавателя общественных дисциплин и руководителя клуба «Поиск»  Сосногорского железнодорожного техникума.

На основе документальных данных, собранных преимущественно в северных регионах России, воссоздаются события и последствия, связанные с миссионерской деятельностью Русской Православной Церкви после обряда крещения Руси Святым Владимиром и заселением Севера в средние века.

Работа может вызвать интерес как пособие по региональному компоненту при проведении урочных и факультативных занятий, подготовке туристско-краеведческих маршрутов, позволяя акцентировать внимание на культурно-исторических, духовных центрах Северной Руси.

                                                                                                                                                                                       «Это ты, моя 
Русь державная,
Моя родина
Православная!»
И. С. Никитин. Русь. 

Введение

«Отзыв о работе Л.Л.Тарасова. Данный труд составлен по материалам экспедиций 1985-2000-х г., что, безусловно, является очень важным фактором практической направленности всей работы. Можно прочитать и проанализировать множество различных книг, документов, пособий, что само по себе уже будет являть некоторую ценность. Но когда вся эта работа является подготовкой к конкретному туристическому маршруту с участием подростков по историческому пути предков, то в этом появляется подлинный возвышенный сакральный смысл всех предыдущих усилий и поисков. Дети своими глазами видят наши культурные ценности, созерцая величественные храмы и впитывая сам дух того времени. Узнают весь контекст появления того или иного архитектурного сооружения, переживая ту или иную эпоху бытия нашего Отечества в его конкретных проявлениях. Для них более полно раскрывается такое важное понятие, как «Святая Русь». Воочию участники экспедиций видели и последствия трагических страниц нашей истории, когда храмы предавались поруганию и разрушению. Стали свидетелями и начала возрождения духовной жизни, возвращения к своим историческим корням. А ведь можно просто сидеть возле телевизора или компьютера, или хуже того – проводить время в сомнительных местах и компаниях. А можно стать участником замечательного водного путешествия и прикоснуться к истокам родной культуры, узнать и увидеть много нового и удивительного, обогатиться духовно и интеллектуально, закалить свой характер, приобрести новых друзей и знакомых, пообщаться с интересными людьми, укрепиться физически и, вообще, получить массу прекрасных впечатлений. Все это стало возможным благодаря энтузиазму, профессионализму и неоскудевающей энергии Льва Львовича Тарасова. Плоды многолетних исследований воплотились в вышеуказанной работе. Она вполне может использоваться на различных занятиях, уроках, факультативах как практическое пособие, помогающее глубже понять значение духовного фактора в становлении и развитии государственности России, ее культурно-исторического наследия».

     В своей работе автор ставил целью раскрытие страниц истории, связанных с этапами христианизации и заселения Европейского Севера России. Методом реализации этой цели стали ежегодные туристско-краеведческие экспедиции 1980-2000-х гг. по водно-волоковым дорогам переселенцев и православных миссионеров, длина каждого маршрута с месячным активным движением доходила до 1200 км. В пути следования проводились: обследования переселенческих дорог, знакомство с музейно-исторической и церковной информацией, записывались воспоминания ветеранов о преданиях «старины глубокой», которые сопоставлялись с научно подтвержденными материалами.

Анализируя и обобщая материал, автор, как педагог-историк и организатор туристско-краеведческой работы с молодежью, ставил задачу: без  предубеждения к другим конфессиям, показать историческую роль православной церкви на Севере России - миссионерскую, просвятительскую и просветительскую, когда именно православная церковь взяла на себя миссию освоения российской глубинки и без геноцида вовлекла народы Севера в мир христианской цивилизации.

Актуальность исследования связана с тем, чтов современном российском обществе приоритетными являются проблемы духовной культуры, патриотизма, в первую очередь, в молодежной среде. В связи с этим ставится вопрос о введении в образовательный процесс  программы духовно-нравственного, религиозного воспитания подрастающего поколения. При этом, с учетом отделения церкви от государства, чтобы не было конфессиональной дискриминации.

Пропагандируя внутренний, въездной туризм, как средство организации здорового досуга и отдыха, как способ сближения социальных групп разных регионов, воспитания миротворческого коллективизма, толерантности, автор акцентирует внимание на необходимости уважительного отношения к национально-культурным особенностям, традициям региона. Это, в частности, касается Европейского Севера России. Исторически так сложилось, что на Севере не знали рабства и крепостного права, взаимоотношения строились на принципах бескорыстной взаимопомощи, личной скромности, физической и духовной стойкости, честности. Даже сейчас во многих сельских населенных пунктах не навешиваются на двери замки, считая, что их наличие свидетельствует о недоверии к землякам. Отсутствуют межнациональные распри и межконфессиональные разногласия, хотя Север (и Коми край в частности) впитал в себя десятки этнических групп, особенно в процессе индустриального развития советского периода, в том числе и с насильственной депортацией народов.

Тысячелетие назад при объединяющем воздействии православной церкви начался процесс слияния двух этносов: восточных славян и угро-финнов. Одни сами недавно влились в цивилизацию православного христианского мира, отрекшись от языческого идолопоклонства, а другим предстояло пройти этот путь познания единого Бога. За истекшие века заселения прошли вехи ассимиляции – иные народности исчезли как этносы или покинули определенные территории, оставив на землях от Балтийского побережья до Урала и от Волжского бассейна до Ледовитого океана следы своего проживания в топонимике. Так, сотни водоемов имеют названия, оканчивающие словом «ва», что в переводе с коми означает «вода». Другие народы, контактируя с русскими и взаимодействуя с ними, сохранили и национальную особенность, и  выработали общие качества, создающие характерный внутренний и даже внешний облик северян, будь это вятичи, коми, вологжане, карелы, архангелогородцы…

За 30 лет водно-пешеходных экспедиций мы исходили  более 15 тысяч километров по древним дорогам  Коми, Карелии, Чувашии, Марий Эл, по областям: Архангельской, Вологодской, Ивановской, Калужской, Кировской, Костромской, Ленинградской, Московской, Нижегородской, Новгородской, Пермской, Псковской, Смоленской, Тверской и Ярославской. Исследовали водно-волоковые пути колонизации Севера, историю и быт жителей. С особой трогательностью обращали внимание на православные храмы, являвшиеся духовными центрами населенных пунктов прошлого. Неоднократно всплывали в памяти слова нашего северного поэта Николая Рубцова: «Но жаль мне, но жаль мне разрушенных белых церквей…» Сейчас многие из них возрождены, но даже в те 1980-1990-е гг., глядя на эти храмы, находившиеся в печальном состоянии, с волнением произносили: «Здесь русский дух, здесь Русью пахнет». Как эти часовни, церкви, монастыри гармонично сливались с окружающей средой!  Чувствовалось  особое вдохновляющее соединение: человек – природа – культура, быт - вера и Бог. Так было в нашей истории, которая, конечно, не прошла в сплошь божественном озарении. Однако славянская колонизация и создание православных духовных центров в среде языческих финно-угорских народов проходили достаточно разумно - не так, как было при колонизации европейцами Нового Света, Африки, Азии, Австралии с массовым геноцидом коренного населения.

Разобщенность, вызванная отдаленностью края «лесных народов» от основных торговых путей и наличием местных кумиров, могла привести к историко-культурному отставанию северян, к их изоляции от внешнего мира, к ослаблению или даже вымиранию от случайной эпидемии. Такие факты в истории были. Поэтому трудно оценить масштабность воздействия Русской Православной Церкви, взвалившей на себя ношу по духовному просвещению язычников, объединению их с русским народом. Миссионеры были не просто просвещенными людьми, но и самоотверженными гуманистами, добровольно уходившими с обжитых мест в «страну злого чародейства». В отличие от католичества, где проповеди в среде язычников велись на чуждом им латинском языке, в православии учение шло на родном славянском (вспомним основателей письменности священнослужителей Кирилла и Мефодия), а затем и на языке северных угро-финнов. Хотя без эксцессов, без борьбы старого с новым не обходилось.

Данное исследование используется на занятиях по общественным дисциплинам, при организации туристско-экспедиционных маршрутов, экскурсий и не вызывает негативной реакции как приверженцами разных конфессий, так и атеистами, поскольку воспринимается как исторический факт в процессе образования единого Московского государства.

1. От язычества к православному христианству

Север заселялся еще в глубокой древности. Мы с учащимися принимали участие в археологических экспедициях 1985-1986 гг. Коми Научного Центра Уральского отделения Академии Наук СССР и были свидетелями уникальных находок каменного века. Около 200 тысяч лет назад человек обживал Северный Урал (раскопки на р.Чусовая), а на территории Коми обнаружены стоянки на р.Печора, датируемые 30-40 тыс. до н.э. В  низовьях Печоры в районе пос.Харута Ненецкой автономной области найдены массивные кварцитовые отщепы 100-120-тысячелетней давности. В конце 2 - начале 1-го тыс. до н.э. из большой финно-угорской ветви уральской языковой семьи выделились предки прапермских народов со своей средой обитания в бассейнах рек Северная Двина, Вычегда, Печора, Вятка, Кама. К 6 веку относятся письменные упоминания готского историка Иордана о финских народах мери, мордва, чудь [1].

Историк 19 века Н.М.Карамзин, воспроизводя сказания древнего летописца Нестора, перечисляет финно-угорских соседей славян: меря близ Ростова и Переславля, мурома в устье р.Ока, к юго-востоку от них – мещера, черемиса, мордва, в прибалтийской Ливонии – ливь, в бассейне Ладожского озера – чудь, в вологодском Белозерье – весь, к востоку от них – на территории Пермской губернии проживали пермь, на Печоре – печора, а в бассейне Оби – югры, остяки. Отмечает, что нет старобытней народов, которые не были дикими, а имели свои города и даже «особенные страны финские, вольные и независимые: Кириаландия и Биармия. Первая от Финского залива простиралась до самого Белого моря, вмещала в себе нынешнюю Финляндскую, Олонецкую и часть Архангельской губернии. Биармиею называли скандинавы всю обширную страну от Северной Двины и Белого моря до Печоры, за которой они воображали Иотунгейм, отчизну ужасов природы и злого чародейства. Имя нашей Перми есть одно с именем древней Биармии, которую составляли Архангельская, Вологодская, Вятская и Пермская губернии. Первое, действительно историческое свидетельство о Биармии, находим в путешествии норвежского морехода Отера, который в 9 веке доплыл до устья Северной Двины, слышал, что народ биармийский многочислен и говорит почти одним языком с финнами» [2].

Конечно, понятие «город» в то время имело иное значение, чем ныне, да и «страной» назвать Биармию можно весьма условно. Археологические раскопки не дают подтверждения о наличии цивилизованного государства на Европейском Севере России. В хозяйственной жизни занимались, помимо традиционных охоты и рыболовства, подсечным земледелием, домашним скотоводством, ремеслами, торговлей пушниной, жили в деревянных домах и полуземлянках, изготавливали орудия труда из металла. Главным божеством языческой чуди, т.е. предков коми, был деревянный идол Йомала, украшенный золотом и драгоценными камнями, на коленях божества – золотая чаша для даров. Предки коми почитали окружающий животный и растительный мир. Поклонение силам природы, вера в перевоплощение в камень или в животных нашли отражение в народных сказках, да и в названиях тех или иных мест: скала Лек-Из («плохой камень») на р.Илыч в Троицко-Печорском районе, перекат Ужпелькось («порог Ухо жеребца») на р.Ижма в Сосногорском районе и т.д. Каждый род имел свои святилища, протоки и тропы-путики в тайге, охраняемые духами. Но были и коллективные места совершения обрядов – кумирницы, представлявшие собой избушки с идолами в лесу или просто старые деревья, например, священные березы. Туда носили меха, украшения, продукты сельского хозяйства или охоты. Обряд совершали почитаемые старцы, волхвы-кудесники, наделенные даром воздействия на окружающих людей.

Подобное языческое верование с обожествлением духов природы характерно для народов исторического прошлого, да и сейчас подобное можно наблюдать. В людях, уединенно живущих в природной стихии, должна была быть уверенность: все вокруг – разумно; обо всем и со всеми можно договориться, соблюдая взаимный интерес и уважение к животному и растительному миру. Надо полагать, что такая религия порождена не страхом перед природой (робкий в дремучем лесу не проживет), как иногда утверждается, а первобытным чувством взаимозависимости всех составляющих элементов и явлений окружающей среды, пониманием единения человека с природой.

Вступление в эпоху цивилизации с развитием государственности  требовало консолидации народов определенных территорий, иначе борьба за сферы влияния с переделом границ могла привести не только к подавлению разобщенных этносов, но и к их полному уничтожению более сплоченными соседями. Языческий политеизм (многобожие) тормозил единение, а вера в  единого Бога позволила бы сплотить этнические группы, в первую очередь, восточных славян и угро-финнов, проживавших на больших пространствах молодого Русского государства. Кроме того, христианская религия, ставшая духовной опорой для стран Европы и величественной Византийской империи, способствовала бы вступлению Киевской Руси в мир православной христианской цивилизации, в определенной степени став фактором добрососедских отношений, что немаловажно в условиях постоянных вторжений кочевников с востока – то хазар, то печенегов и половцев (кыпчаков).

Зарождение православия на Руси связано с великим князем Владимиром Красное Солнышко - Владимиром Святым, правившем в 980-1015 гг. до своей кончины. При нем Русь крестилась в 988 г., но нельзя забывать о влиянии на него его бабушки -  Ольги,  Святой равноапостольной великой княгини Российской (годы правления 945-966 гг.).

В 2008 г. наша экспедиция, двигаясь по р.Великая в Псковской области, сделала стоянку в 12 км от древнего Пскова, привлеченная красотой белокаменного собора в селе Выбуты. Нас тепло приняли служители церкви Ильи Пророка, ознакомили с историей, достопримечательностями мест, с документами и преданиями, опубликованными протоиреем храма Святого Александра Невского в Пскове Олегом Гаясовичем Тэор, он является и настоятелем церкви в с.Выбуты [3]. По преданию, Выбуты - родина княгини Ольги. Иоакимовская летопись сообщает, что Ольга принадлежала к роду древнерусской княжеской династии Изборских, по некоторым данным, она - правнучка князя Гостомысла, пользовавшегося уважением в Новгороде. В 4,5 км вверх по р.Великой – село Покровское, вотчина Ольги, там стоял основанный ею православный монастырь, впоследствии разоренный литовцами. Неподалеку - Ольгенец, где были хоромы Ольги. Крестьяне считали те места святыми и не распахивали землю, хотя древние развалины находились посреди разрабатываемых полей. До сих пор используют колодец, выдолбленный в береговой известняковой скале, - «Ольгин ключ», считающийся священным, т.к. им пользовалась княгиня. Знакомство Прекрасы, как тогда ее звали (Ольгой нарекут позже в честь князя Олега – преемника Рюрика), с будущим мужем Игорем произошло здесь, а в 903 г. она стала супругой князя Игоря. До сооружения церкви Илии Пророка в 15 веке в Выбутах стоял пятиглавый Ольгин храм, от которого сохранились лишь заросшие руины. В 1993 г. в честь 1090-летнего юбилея Пскова перед церковью установили памятный  гранитный камень с табличкой, указывающей, что здесь родина княгини. Другой памятный знак в виде пирамиды из валунов, увенчанной кованым крестом, установлен в 1994 г. в 500 метрах на месте взорванного в 1930-е гг. огромного Ольгина Камня. Там была и Ольгина часовня 1888 г., которую разобрали на кирпичи при Советской власти.

Убеждаемся, что и ныне в современной российской глубинке почитаются духовные корни народа, невзирая на политические переориентации власти и попытки ломок традиционных ценностей. Насильственных перемен в духовности не желала и Ольга. Ее сын, Святослав, остался язычником, не посмел нарушить заветы предков. Но князь Владимир, перенеся ряд испытаний, оценил мудрость бабушки: будучи с войском в крымском Херсонесе (современный Севастополь), добился от византийского императора согласия на бракосочетание с принцессой Анной, которая, прибыв в Херсонес, уговорила Владимира принять православие. Новую веру приняли и дружинники князя, а затем киевляне и остальные княжества. Так 988 год стал знаменательным  для государства - начало крещения Руси.  

Процесс христианизации проходил не путем завоевания, не за счет иноязычного, иноземного давления, а под руководством русских же князей. Сопутствующим фактором гуманного распространения православия явилось проповедование на славянском языке, которым, в результате развития товарно-хозяйственных и семейно-бытовых взаимосвязей, свободно владели и угро-финны. В этом отличие от методов католической церкви с проповедью на непонятном для населения языке латыни и, при проявлении «непонимания», прибегавшей к иезуитским «убеждениям» вытравливания язычества и ереси - кострами сожжения и заточением в темницы.

Сошлемся на Карамзина, использующего летописание Нестора [4]. «Великий князь соорудил в Киеве деревянную церковь Святого Василия на  месте, где стоял Перун. Ревностные служители алтарей, священники, проповедовали Христа в разных областях государства. Многие люди крестились без сомнения, как и граждане киевские; другие, привязанные к Закону древнему, отвергали новый: ибо язычество господствовало в некоторых странах России до самого 12 века. Владимир не хотел принуждать совести; но взял лучшие, надежнейшие меры для истребления языческих заблуждений: он старался просветить россиян (выделено Карамзиным – прим. авт.). Чтобы утвердить Веру на знании книг Божественных, еще в 9 веке переведенных на славянский язык Кириллом и Мефодием и без сомнения уже давно известных киевским христианам, великий князь завел для отроков училища, бывшие первым основанием народного просвещения в России (выделено нами – Л.Т.). Сие благодеяние казалось тогда страшным,  коих неволей брали детей в науку, оплакивали их как мертвых, ибо считали грамоту опасным чародейством».

Если в Киеве Владимир благоразумием завоевал расположение земляков, то в Новгороде первый епископ Иоаким требованием «идолы сокруши и Перуна посече» вызвал бунт 991 г. Тогда-то великокняжеский тысячник Путята «крестил новгородцев мечом», а дядя князя Владимира, Добрыня, «крестил огнем». Случай исключительный, обусловленный большей независимостью Новгорода, что связано и его богатствами, и наличием демократической выборности с интернациональным  содружеством славян, финских народностей, варягов. «Русский Север под влиянием финнов кишел волхвами, которые старались поддерживать религиозное упрямство в народе. Здесь создались столкновения новой веры со старой…Христианская религиозность стала крепкой бытовой привычкой русского народа, неразлучно следовала за ним в его непрерывном колонизационном течении на северо-восток, вглубь финских земель» [5].

С конца 1-го тысячелетия происходит выход новгородцев за пределы реки Волхов и озера Ильмень с целью колонизации северных земель в Беломорье и в Заволочье (территория от Белозерья до Печоры). Движение шло по оз.Ладожскому, р.Свидь, оз.Онежскому, р.Вытегра, с верхнего течения которой волоком протаскивали суда на р.Ковжа, откуда выходили на оз.Белое (нынешний участок Волго-Балтийского канала). От оз.Белое дорога раздваивалась. Одна уходила к устью р.Ухтома Белозерская, откуда волоком есть выход на другую реку Ухтома, впадающую в р.Модлона, далее - оз.Воже, р.Свидь, оз.Лаче, р.Онега и сплав до Белого моря (наши маршруты 1996, 2006 гг.). Другая трасса пролегала от оз.Белое на р.Шексну с выходом на оз.Сиверское, далее по сети небольших озер с незначительным волоком на р.Порозовица, оз.Кубенское, рр.Сухона и Северная Двина до Белого моря (в 19 веке будет создана Северо-Двинская канальная система, которую мы проходили в 1992 – 1993, 2000 гг.). Северная Двина связывала  колонистов с землями предков коми – по рр.Вычегда, Вымь, оттуда волоком  в бассейн р.Ижмы и на Печору.

Кроме того, предприимчивые новгородцы (а затем и потомки славянских племен кривичей, вятичей), помимо южного направления «из варяг в греки» с переходом от р.Ловать в бассейн Днепра, знали и восточное направление – на Волгу: по рр.Пола, Щебериха (сейчас они непригодны для сплава, обмелели в процессе развития социально-экономической инфраструктуры с вырубкой  лесов). От Волги по ее левым притокам Кострома, Унжа, Ветлуга, Кама и Вятка (маршруты экспедиций 1995, 1997, 2010 гг.) и волоковым участкам также можно выйти в бассейны  Северной Двины и Печоры. Так, на р.Сухона в Вологодской области нам рассказывали старожилы, что в средние века существовала водно-волоковая дорога от волжских притоков Кострома и Монза к сухонскому притоку Лежа. Крещеные новгородские сборщики дани, торговцы, а иногда просто налетчики за пушниной - «ушкуйники» (название от лодок, обшитых для облегчения волока бычьими шкурами; «ош, уш» - так звучит по-коми слово «бык») – становились первыми носителями христианства в среде язычников. Нательные кресты 10-11 вв. найдены в Вычегодско-Двинском бассейне и даже на острове Вайгач в Северном Ледовитом океане [6].

Из 16 епархий домонгольского периода, т.е. до 1237 – 1240 гг., больше всех заинтересованы в ведении христианства на Севере Руси Новгородское и Ростовское православные правления (епархии), т.к. этот вопрос затрагивал взаимоотношения с коренными жителями на данных территориях – угро-финнами. Поучительные примеры крещения: в 11 веке ростовский епископ Леонтий вел службу на русском и марийском («меря») языках, а новгородский князь Ярослав Всеволодович, отец Александра Невского,   провел в 1227 г. крещение финских народов к северу от Новгорода (води, ижоры, карелы)  после совместного с ними победоносного похода на шведов, т.е. добившись уважения как полководец [7].

Карамзин Н.М., ссылаясь на Хлыновское летописание, упоминает, что когда в 1174 г. жители области Новгородской, устав от внутренних раздоров и многолюдства, ушли по Волге и поселились на р.Вятке среди угро-финских племен вотяков, черемисов и чуди, то в среде колонистов были священнослужители. Овладев большим укрепленным поселением, «дали ему имя Никулицына и построили в нем церковь Бориса и Глеба…Россияне, с удовольствием приняв к себе многих двинских жителей, составили маленькую республику, наблюдая обычаи новгородские, повинуясь сановникам избираемым и духовенству» [8].

Кировские историки связывают первоначальный приход русских на р.Вятку не с новгородцами, а с вятичами - племенем восточных славян, обитавших в бассейне р.Ока на территории нынешних Калужской, Московской, Тульской областей, которые именно в 12 веке двинулись на восток, заселяя Камско-Вятское побережье. А новгородцы появились здесь спустя ровно два столетия – в 1374 г. [9].

2. Монастыри – очаги просвещения и заселения Севера

Центрами распространения православной веры, да и любой религии, были монашеские сообщества, объединенные определенными уставами жизни, - монастыри. Из стен первого монастыря, Киево-Печерской Лавры, с самого начала христианизации Руси ставшей гнездом русского летописания, школой православного образования и миссионерства, вышли первые отечественные пастыри, подвижники. Они сеяли зерна духовного возрождения в княжествах, создавали очаги православия со школами обучения, иконописи, церковного зодчества, библиотеками.

На территории нынешней Вологодской области самым древним городом является Белозерск, известный по летописным упоминаниям под 862 г. Сын великого князя Владимира Святого, Ярослав, княживший в этом северном городе, расположенном на традиционных землях угро-финнов, поставил первый православный храм, посвященный Святому Василию. В 1238 г. Белозерск стал самостоятельным княжеством, отделившись от Ростова. Усилилось церковное строительство. Внук Владимира Мономаха, Глеб Василькович, спасшийся в 1260 г. от шторма в Кубенском озере на небольшом острове Каменный, заложил храм Всемилостивейшего Спаса, ставший основой будущего монастыря. В 1481 г. вместо деревянного собора по приказу князя Андрея (брата великого князя Ивана Третьего – объединителя русских земель под властью Москвы, избавителя от ига Орды и первого Государя Всея Руси) начинают возводить каменный – первый монументальный кирпичный храм на Русском Севере. В 1938 г. воинствующие атеисты церковь взорвали, но колокольня и трапезная уцелели, благодаря метровым по толщине стенам – «пороху не хватило». В 1990-е гг. за возрождение островного монастыря взялся вологодский предприниматель-меценат А.Н.Плигин, избранный церковным старостой. В экспедициях 1992, 2000 гг. мы были очевидцами  восстановительно-реставрационных работ. Александр Николаевич с супругой-учительницей ознакомили нас со старыми документами, фотоснимками, демонстрируя, что работы ведутся строго по церковно-архитектурным канонам прошлого. И если до этого времени остров привлекал преимущественно туристов, то в настоящее время Спасо-Каменный монастырь стал местом паломничества тысяч посетителей со многих регионов России и из-за рубежа.

Музейные работники, краеведы Архангельской области поведали на основе документальных данных, что на побережье оз.Лаче и р.Онега языческие волхвы смутили в 11 веке народ, но белозерский князь, опираясь на церковь, сумел восстановить порядок, а в 1146 г. был заложен форпост православия в том озерном краю - Каргополь.

Примерно в то же время, в 1147 г., инок Герасим, киевский уроженец, заложил основу Троицкого монастыря на р.Вологда, так началась история Вологды. С монахами-подвижниками связано основание духовных центров Вологодского Севера на р.Сухона -  Тотьмы (1137 г.), Великого Устюга с Троице-Гляденовским монастырем 1178 г. Русское население тех мест видит свои корни в Великом Новгороде, но христианскую миссию в эти языческие земли несли иноки Ростовской епархии при поддержке своих князей, стремившихся расширить владения даже ценой конфликта с Новгородом. Например, Вологда и Великий Устюг неоднократно становились ареной столкновений между новгородцами и ростовчанами, а затем и москвичами. Такое положение не устраивало ни жителей городов, ни коренных обитателей – угро-финнов. Без крепкой  централизованной власти подвижничество иноков не было бы столь эффективным, т.к. изначально в пришлых священнослужителях местное население видело представителей того народа, который, в первую очередь, ставит не миротворческую миссию, а материальное обогащение. Как заметил хроникер того времени Генрих Летский: «У русских князей существует обычай, когда они завоевывают какой-нибудь народ, подчинять его не  вере христианской, а сбору даней и денег» [10].

Монголо-татарское нашествие 1237-1240-х гг. ослабило влияние Киева, чья власть пошатнулась в результате княжеской междоусобицы еще столетие назад - после кончины Владимира Мономаха в 1125 г. Но к православной церкви Золотая Орда относилась терпимо – дань на церковь не возлагалась, хотя случаи хищнического грабежа имели место. Однако говорить о полной духовной благости при обнищании сел и городов, при уводе в полон женщин и детей, мастеровых, при гибели соотечественников, естественно, не приходилось. Признанным историческим фактом является то, что становление православия государственной религией внесло изменения в жизнь духовенства. Во-первых, сами князья, стремясь укрепить положение за счет поддержки церкви, вносят значительные вклады в строительство, обустройство монастырей, дарят им земли, деревни с холопами, промыслы. Во-вторых, частные лица завещают деньги, имущество любимым монастырям, в которых желают быть погребенными. В-третьих, состоятельные люди, принимая обряд посвящения в монахи, наделяют церковь своим состоянием. Естественно, возрастающие богатства могли отравлять жизнь монашеского братства проявлением пренебрежения к менее имущим или к стоящим на нижних ступенях социальной иерархии – как в самой иноческой среде, так и в среде паствы. Но не в этом главная причина ухода иных священнослужителей в «пустынь», где создаются скиты, а потом и монастыри с братством таких же отшельников, равнодушных к мирским соблазнам. В «пустынь» уходили не как следствие какого-то протеста, а в поисках большего совершенства в условиях уединения и в то же время со стремлением ближе быть к непросвещенному народу. Русское монашество добровольно обрекало себя на суровый аскетизм с непрестанным подвигом молитвы, поста, физического труда и быта в нелегких условиях северной природы, часто враждебного окружения со стороны язычников. Благожелательное отношение со стороны местного населения достигалось за счет благотворительности миссионеров, их жертвенной любви к пастве, ко всем людям. Одним из примеров является то, что крещение киевского князя Владимира изменило его в лучшую сторону, и в памяти потомков он остался как лучезарный с именем Красное Солнышко. Мало кто из правителей в истории народов заслужил подобного эпитета.

В 1328 г. хан Золотой Орды вручил ярлык на великое княжение московскому князю Ивану Даниловичу Калите. Митрополиты обосновываются теперь в Москве, поддерживая московских князей в деле объединения удельных князей под одной властью. Почин дан митрополитом 1328-1353 гг. Феогностом, благословившим Сергия Радонежского на подвижничество. Его дело продолжил Алексий (1353-1378 гг.) – попечитель князя Дмитрия Ивановича, будущего победителя на поле Куликовом в 1380 г. Затем митрополит Киприан (умер в 1406 г.), также вошедший богоугодными делами в сан святых Русской Православной Церкви.

Примером подвижничества является жизнь преподобного Сергия Радонежского (1314-1391 гг.), основателя Троице-Сергиевой Лавры. «Невозможно рассказать, какого труда духовного стоило ему начало всего, когда жил столько лет в лесу пустынном…Спустя некоторое время начали посещать его монахи, молили преподобного: «Отец, прими нас, хотим с тобою на этом месте жить и души свои спасти». Преподобный же спрашивал их: «Можете ли терпеть трудности, голод и жажду?» Они отвечали: «Да, честной отец, хотим»…Игумен Сергий, хоть и принял игуменство как старейший, но не изменил правил своего черничества, помня: «Если кто хочет быть старейшим, да будет всех меньше и всем слуга». Обычай же в основе своего игуменства имел такой: всякому, приходящему к нему и желающему постричься в монахи, не отказывал – ни старому, ни юному, ни богатому, ни нищему, - всех принимал с заботой и радостью. Но не сразу постригал его, а прежде велел облечься в свиту длинную из черного сукна и в ней проходить с братьями долгое время, пока не привыкнет к жизни монастырской» [11]. Кончина Святого Сергия не означала гибель его дела – учениками и духовными сподвижниками Сергия Радонежского основано до 40 монастырей, из них, в сою очередь, вышли основатели еще до 50 монастырей во всех концах Московского государства, им Русь обязана освоением северных земель и распространением там духовной культуры [12]. 

Иноки, уходившие на Север, брали грамоты на устроение монастырей часто из рук самого митрополита и становились проводниками идеи Московской государственности, православной митрополии, что способствовало ослаблению притязаний на окраинные земли со стороны Новгорода и  удельных правителей. Монах Дмитрий из Переяславского Никольского монастыря, основанного им же, ушел со своим учеником Пахомием на р.Вологду и в 1371 г. на излучине реки («луке») основал Спасо-Прилуцкий монастырь, ставший потом одним их самых богатых на Севере. Игумен Дмитрий канонизирован в 1549 г. как общерусский Святой. К тому времени выросло значение Вологды, как форпоста продвижения колонистов, духовенства на Север, активно используется прямая сухопутная дорога от Ярославля к Вологде, а оттуда водными путями во все концы чудской (угро-финской) ойкумены, отстроен каменный Спасский собор – самый древний в подобном исполнении на Вологде. В 17 веке стены из камня обволокли весь Спасо-Прилуцкий монастырь – архитектурно-духовный памятник Руси, продолжающий  до настоящего времени радовать своим великолепием каждого проезжающего по магистрали Архангельск-Москва.

После эпидемии чумы 1353 г. отстраивается на новом месте Белозерск с его кремлем-детинцем и храмами. Отсюда подвижники последуют в окрестные места открывать новые монастыри. В 1517 г. бывший инок Корнилиева Комельского монастыря Кирилл Новоезерский основывает свой монастырь. Постриженик того же Комельского монастыря Иродион в 16 веке основал Озадскую Илоезерскую мужскую пустынь, преподобный Даниил – Шужгорский Даниловский мужской монастырь, открываются Никитский Белозерский, Ворбозомский Благовещенский мужские монастыри, Вырдомская Антония Дымного мужская пустынь. Все это в радиусе 20-45 верст от Белозерска.

 Особую известность приобрели два духовных центра Белозерского края Вологодчины. Инок московского Симонова монастыря Кирилл (1337-1427 гг.) - сподвижник Сергия Радонежского, как и Дмитрий Прилуцкий, - в 1397 г. основывает вместе с послушником того же Симонова монастыря Ферапонтом монастырь на Сиверском озере. Через год Ферапонт переберется на несколько километров севернее и у озер Паское и Бородавское откроет обитель, получившую название Ферапонтов монастырь, в росписи которого принял участие выдающийся иконописец средневековья Дионисий – гениальный последователь Андрея Рублева. Эти творения мастера сохранились и привлекают в Ферапонтово многих приверженцев высокого искусства, духовности. Не миновали и мы это священное место при проведении экспедиций 1996, 2000 гг.

 А Кирилло-Белозерский монастырь к 17 веку станет самым крупным в России. В его крепостных стенах периметром до 2 км (для сравнения: длина стен Соловецкого монастыря 893 метра, Троице-Сергиевой Лавры – 1248 метров) вместились 11 церквей, а во владении были 4 тыс. крестьянских дворов, промыслы (солеварение, рыболовство, пчеловодство и т.л.) до самого Белого моря. Воспитанниками Кирилло-Белозерского монастыря были: преемник Ферапонта – Мартиниан, выходец из вологодских крестьян, переписчик книг и основатель крупнейшей монастырской библиотеки; Нил Сорский (1433-1508 гг.), который вместе с преподобным Иннокентием Охлебниным  в 15 верстах от Кириллова открыл Нилово Сорский монастырь. Нил Сорский считается основателем уставного скитского жития, девизом служения монашеского братства называют изречение: «Кто одним уставом молится, а об уме не брежет, тот молится на воздух, ибо Бог уму внемлет» [13].

В 10 км от Кириллова на р.Шексна в 1544 г. княгиня Ефросиня Старицкая основала девичий Горицкий Воскресенский монастырь. До 500 монахинь содержала данная обитель, среди них находились именитые люди: жена Ивана Грозного Дарья Колтовская, малолетний Михаил Романов – будущий царь – вместе с тетей, дочь царя Бориса Годунова Ксения и др. При Советской власти монастырь закрыли, новое возрождение началось в 1990-е гг.

На Северной Двине крещеные новгородцы оседали с 11 века, а в 12 столетии в Холмогорах находился административный центр Новгородского Заволочья. В 1342 г. основан первый каменный городок Орлец, а к началу 15 в. возникли сразу два монастыря: Николо-Карельский (в черте современного Северодвинска) и Михайло-Архангельский (будущий Архангельск). В экспедиции 1992 г. мы не могли запечатлеть старинные памятники деревянного зодчества – они или разрушены целенаправленно в 1930-е гг., или сгорели по небрежности. Но достойны внимания с.Малые Карелы под Архангельском, где установлены в обновленном виде наиболее характерные произведения деревянного зодчества Северной Руси.

К западу от Северной Двины, вдоль побережья р.Онеги близ Каргополя, на рубеже 14-15 вв. возникают первые монастыри: Строкинский инока Вассиана (в будущем Спас-Каргопольский), Кирилло-Челмогорский, Успенский инока Иоанна (Иона) Волосатого, Александро-Ошевенский, Кенорецкий Пахомиев и ряд других. В Кенорецком монастыре принял монашество Антоний Сийский, основатель известного монастыря на Северной Двине, который, находясь в Емецкой Благовещенской пустыни в низовьях р.Онега (населенный пункт называется Пустынька), писал одну из своих известных икон – Благовещения, она была потом передана в Благовещенскую церковь в с.Турчасово на Онеге. Обновленная деревянная церковь сохранилась, благодаря отдаленности Онежского края от основных трасс и урбанизированных центров.

В 16 в. на р.Онеге, на Кожозере, построен монастырь, в котором через столетие нес службу игуменом будущий патриарх Никон. С его именем связано и основание в 17 в. Крестного монастыря на беломорском острове Кий, где он на пути из Соловецкого монастыря вынужден был во время сильного шторма остановиться. В ознаменование своего спасения повелел заложить церковь, хорошо сохранившуюся до наших дней, в чем мы  убедились, посетив остров Кий и монастырь в 1996 г.

История самого известного северного монастыря России, Соловецкого, ведет начало с 1429 г., когда на землях карельских угро-финнов поселились преподобные Савватий и Герман, причисленные потом к лику святых, как и другой их сподвижник – инок Зосима, 42 года пробывший на Соловках. Новгородская посадница Марфа Борецкая, имевшая большое влияние в Заволочье и Беломорском Поморье, одарила Соловецкую обитель деньгами, землями с деревнями. Новгородская грамота закрепила за монастырем близлежащие острова: Анзеры, Муксалму, Заяцкие. В советский период Соловецкие острова приобрели всемирную трагическую известность, став большой тюрьмой и кладбищем для тысяч заключенных. Но все возвращается «на круги своя», ныне Соловецкий монастырь является выдающимся памятником духовности, уникальной архитектуры и культуры Севера.

На территории нынешней Кировской области в 13 веке уживались и русские, и финно-угорские народы, и бежавшие от монголо-татарского ига булгары. К обосновавшимся еще в 1174 г. русским колонистам прибывали новые потоки соотечественников, а с ними и священники. В церковной литературе упоминается монах Киево-Печерской Лавры Кукша, который около 1212-1215 гг. проповедовал христианство среди язычников, но был ими убит [14]. Внес свою ощутимую лепту в христианизацию Вятского бассейна епископ Пермский Иона, который в 1462 г. окрестил местного языческого князя именем Михаила Великопермского и заложил в его вотчине церковь Иоанна Богослова, назначил игуменов строящихся храмов.

Православное просвещение на соседней реке Ветлуга изложено в «Житии преподобного отца Варнавы Ветлужского, чудотворца, с его подвигами и многообразными чудесами» [15]. Варнава, уроженец Великого Устюга, будучи священником в местном приходе, крестил язычников, но по случаю набегов черемисов оставил родину и пришел «во пределы пустые» на Ветлуге. Прошел верховья, где в с.Рождественском в память о себе освятил родник (над ним и теперь стоит надкладезная часовня). Окончательно Варнава обосновался в 1464 г. на Красной горе в черте нынешнего города Варнавин Костромской области, где поставил скит. Для всех прибывающих поселенцев, монахов у него находилось слово Божие. В одно время жил у Варнавы преподобный Макарий – Унженский и Желтоводский чудотворец, чей монастырь был разорен монголо-татарами. Факт, что православные соборы грабились, невзирая на ханские грамоты-ярлыки. Спустя некоторое время Макарий уходит на соседний волжский приток, р.Унжа, и основывает новый монастырь в черте нынешнего г.Макарьев Костромской области – самый значительный духовный центр на Унже. В советское время Макарьев монастырь был в запустении, но в 1990-е гг. начинается его возрождение. В 1995 г. там велись реставрационные работы, а через 10 лет мы стали свидетелями основательных перемен.

Нельзя оставить без внимания еще одно место в междуречье рек Ветлуга и Керженец – село Владимирское в Нижегородской области. Это священный уголок России, здесь находится озеро Светлояр, которое называют еще и Святояром. По легенде, в 1237 г. при продвижении войск  хана Батыя жители города Китеж взмолились под колокольный звон церквей: «Спаси нас, Боже, от поругания басурманами!» И произошло чудо: хлынули воды подземные и поглотили Китеж-град, образовав озеро. Многие годы паломники со всех концов СССР, России приезжают сюда, чтобы испить священную воду озера, обойти (преимущественно на коленях, с поклонами) по береговому периметру длиной около 1 км несколько раз. Мы были свидетелями этого обряда в 1997 г., когда прибыв во Владимирское и получив благословение у настоятеля местного храма, несколько дней впитывали энергетику Светлояра с его чистейшей водой, хвойным бором и обстановкой особого миротворного покоя и доброжелательности людей.

Монастыри периода 13-16 вв. становились не только центрами духовного просвещения, обучения населения северных регионов, не только своеобразными форпостами колонизации славянским населением слабозаселенной таежной территории, но и хозяйственными центрами, втягивавшими местное население в новые виды деятельности: смолокурение, огородничество, солеварение, судостроение, градостроительство, прокладывание  дорог, товарно-денежные отношения и т.д. Не отрицая факта феодального давления на местных жителей со стороны крупных монастырей, надо отметить, что на Севере народ сохранил демократические принципы управления и взаимопомощи, уважения личности, не испытывая такого гнета, каким был помещичий. Есть и другой прогрессивный фактор: народы Севера перешли от родо-племенных отношений в русло государственной цивилизованности и просвещения, а монастыри стали центрами  образования. 

3. «Свети людям, пребывающим во тьме…»

Археологические экспедиции Коми Научного Центра выявили массу предметов христианского культа на территории Вычегодского бассейна Республики Коми – реке Вымь: кресты из бронзы и камня 12-14 вв., схожие с новгородскими, найдены в Пожегском городище – самом первом древнерусском поселении Европейского Северо-Востока. О чем это свидетельствует? Бесспорно, владельцами крестов являлись русские поселенцы. Но подтверждается и факт знакомства местного финно-угорского населения с идеями христианства еще до официального крещения. Не исключено, что находки принадлежали и местным жителям, также жившим в городище. Кресты могли носить представители родо-племенной знати, принявшие христианство под влиянием более сильных пришельцев, с которыми устанавливали торгово-денежные отношения, а также члены семей, сложившихся на основе смешанных браков. Но говорить о масштабности христианизации предков коми (народа «пермь») пока не приходится, т.к. в тех же раскопках обнаружены и предметы языческого культа [16].

Используя «Житие Стефана Пермского», написанное Епифанием Премудрым [17], воспроизведем подвиг Стефана Пермского, родившегося,  предположительно, между 1340-1345 гг. и причисленного к лику Святых в 1549 г. «Преподобный отец наш Стефан родом был русский, от стороны Двинской, от города Устюг. Был он сын отменного родителя, верного христианина, по имени Симеон – одного из клириков великой соборной церкви Святой Богородицы в Устюге, и матери – также христианки, по имени Мария. Еще ребенком был отдан он учиться грамоте. Грамоту всю освоил менее чем за год и стал чтецом канонов в соборной церкви. Превзошел многих сверстников своих хорошею памятью, скорым учением и остротой ума. Пустословам не внимал, с ними не общался, упражнялся только в словословии Божиим и предавался учению, изучением книг».

С ростовским периодом жизни и обучения в 1364-1379 гг. связано пострижение Стефана в монахи монастыря Святого Григория Богослова. «И обучился Стефан сам языку пермскому, и грамоту новую пермскую сложил, и азбуку, ранее неизвестную, пермского языка сочинил, и книги русские на пермский язык перевел». Предания, дошедшие до наших дней, относят мать Стефана – «христианку по имени Мария» - к крещеной семье коми-зырянина Дзебаса. Этим объясняется быстрое усвоение Стефаном коми языка и знание грамматических принципов, позволивших составить первый коми алфавит. Фактически по отношению к угро-финской народности повторил тот же подвиг, что и его более ранние сподвижники Кирилл и Мефодий по отношению к славянам. Подготовил себя к миссионерской деятельности «пойти в Пермскую землю и учить пермян некрещеных, обращать в христианство неверных…Вот названия мест, стран, и земель, и иноплеменников, живущих вокруг Пермского края: двиняне, устюжане, вилежане, пинежане, южане, зыряне, вятчане, лопари, карелы, югра, печора, вогуличи, самоеды, пертасы, пермь великая, прозванная «чусовая». Одна река, Вымь, протекает через всю землю Пермскую и впадает в Вычегду. Последняя же вытекает из земли Пермской и впадает в Двину ниже Устюга. Третья же река, Вятка, течет в другую сторону Пермской земли. Кама же устремляется к югу и впадает в Волгу… Для всякого путешествующего в Пермскую землю удобнейшим является путь от города Устюга вверх по Вычегде, пока путник не войдет в пределы самого Пермского края». Выходит, к концу 14 века (Епифаний делал записи «Жития» в 1396-1398 гг.) русскими были освоены все эти реки, коль они так подробно описываются представителем православной церкви. «Пришел Стефан к владыке Герасиму, епископу Коломенскому, наместнику митрополита в Москве, старцу преклонного возраста, дабы получить от него благословение на благой путь. Не было тогда в Москве митрополита, ибо Алексий отошел в мир иной, а другой митрополит еще не появился».

Умер Алексий в 1378 г., значит, разговор состоялся в 1378-1379 гг. «Герасим благословил его… Дело благовестника выполняй, службу церковную отправляй. Доколе таишься ты, как светильник во мраке, доколе скрываешь светильник под спудом, а не держишь его в подсвечнике, как сможет он светить в Пермской земле? Так ступай же и свети людям, пребывающим во тьме (выделено нами – Л.Т.)».

Первую церковь Стефан поставил в 1379 г. в устье Вычегды - в местечке Пырос,  в черте нынешнего г.Котлас, там сейчас стоит каменная церковь в честь этого события. Данному событию предшествовало тяжкое  испытание. «Пришли к нему множество пермян неверных, желая убить его, устремились к нему с яростию, напрягли луки свои, все стрелы смертоносные на него направляли. Божий страстотерпец не убоялся, сказал: «О братья! Обратитесь, сыны человеческие, к Господу Богу с верою, покаянием и крещением!» Думается, что обращение было на языке зырян, иначе оно не было бы понято, и участь проповедника была бы предрешена. «Никто не коснулся руки его, не был он ни ударен, ни ранен… И  долгое время поучал, многих убеждал оставить суетные пермские заблуждения кумирские и веровать в Господа нашего Иисуса Христа. И они креститься обещали. Так мало-помалу умножалось стадо Христово…»

В 1383 г. Стефан прибывает в Москву для получения сана епископа Пермского. Вернувшись, центром пребывания оставляет уже приглянувшееся поселение в устье вычегодского притока Вымь. Там уже была заложена Благовещенская церковь. Конечно, строительство велось с привлечением местного населения, иначе сложно представить успешное завершение, т.к. надо и валить лес для построек, и подвозить, ошкуривать и т.п. Но без контроля со стороны священнослужителя грамотно поставить собор невозможно. Помимо Михайло-Архангельского Усть-Вымского монастыря, в список основанных Стефаном обителей включают Афанасьевский монастырь на р.Вотче, Богородицкий в «Еренском городке» (г.Яренск Архангельской области), Спасскую Ульяновскую пустынь на Вычегде (в будущем – самый крупный монастырь в Коми) и даже Троицкий монастырь на Верхней Печоре. Через православие с его духовным просвещением Стефан добивался единения как самого народа «пермь», т.е. коми, так и его единства с русскими.

В 1396 г. Стефан Пермский по вызову митрополита Киприана возвращается в Москву, где он и скончался. Похоронен в стенах Московского Кремля рядом с прахами Рюриковичей.

Побывав в 1997 г. г.Слободской Кировской области, ознакомился с выступлением известного ученого-историка из Вятского Государственного педагогического университета В.В.Низова на научно-практической конференции, посвященной 490-летию упоминания г.Слободской [18]. Его работа, подкрепленная историческими документами и преданиями, вызвала особый интерес потому, что автор раскрывает малоизвестные страницы биографии Стефана Пермского, связанные с миссионерством на Севере. Оказывается, великий зырянский просветитель не ограничивал свою деятельность только землей Пермь, но и посещал Вятский край. И, находясь в Слободском, в «знак бытия заложил там часовню». Согласно каноническим правилам, закладка и построение часовни или церкви производится исключительно с благословения правящего архиерея. Если бы Стефан совершал визит в сане иеромонаха, каковой он имел в 1379-1383 гг., то он не мог бы произвести закладку часовни. Стало быть, Слободу на Вятке Стефан посетил будучи епископом, т.е. в 1384-1396 гг. По источникам известны только две поездки епископа в Москву. В 1391 г. он вызван в столицу, откуда вместе с митрополитом Киприаном выехал в г.Тверь на церковный собор. Следующая поездка в Москву состоялась в начале 1396 г. и, прибыв к месту назначения, он заболел и через несколько дней, 26 апреля, преставился. Выходит, посещение Слободы на Вятке имело место либо в 1391, либо в 1396 г.

В пользу 1396 г. говорит то обстоятельство, анализирует ученый, что тогдашняя поездка Стефана из Перми в Москву проходила (в отличие от летнего путешествия 1991 г.) зимой. Если бы священник приехал на Вятку летом, то он не ограничился бы только закладкой часовни, но и дождался бы полной ее постройки, т.к. это возможно осуществить за один длинный летний день, примеров тому немало. Другое дело - строительство церкви, на что потребуется больший срок, но в данном случае речь идет именно о часовне. Ссылаясь на рукописную историю Донской Стефановской церкви в г.Вятка (современный Киров), В.В.Низов приводит данные: «Святитель Стефан, Просветитель пермских зырян и первый епископ Перми, пользовался и пользуется особым благовейным почитанием в г.Вятке с незапамятных времен…»

Это подтверждение, что просветительская деятельность Святого Стефана Пермского не была ограничена только той определенной территорией, куда он был направлен. Он со всей необычайной душевной щедростью «нес свет всем людям, пребывающим во тьме».

4. Последователи Стефана Пермского. Тернистый путь Церкви

Продолжили дело великого просветителя преемники - епископы: Исакий в 1398-1416 гг., Герасим в 1416-1443 гг. и Питирим в 1444-1455 гг., оба убитые язычниками, Иона в 1456-1470 гг. При епископе Филофее (1471-1501 гг.) прошло объединение в одну епархию Перми Вычегодской и Перми Великой, расположенной в бассейне рек Кама и Вятка. Пермская епархия в 1492 г. включала населенные пункты по рр.Юг, Сухона, Вятка, Верхняя Кама, Вычегда, Северная Двина, Мезень (там удорских крестьян приобщил к христианству в 15 веке епископ Питирим, основавший Троицкий монастырь в с.Вендинга и Никольскую церковь в д.Выжгорт) и Печора, где в 16 веке появляются русская Усть-Цилемская слобода с Никольской церковью и коми Ижемская слобода. В связи с расширением сферы влияния при епископе Филофее центр епархии переносится из Усть-Выми в Вологду. Церковная библиотека, которую начал собирать Стефан Пермский и продолжили его последователи, остается в Усть-Выми, при пожаре она будет уничтожена  [19].

Церковь, жертвуя порой лучшими иноками-подвижниками, достойно выполнила свою миссию по духовному и политическому объединению русских с иноплеменными народами Севера, а в 16-17 века - и Сибири.

В 1478 г. великий князь Иван Третий покорил Новгород, тем самым завершив основную работу по объединению земель Русского государства. К тому времени упало влияние Константинопольской патриархии, еще в 14 веке проявлявшей непоследовательность в назначении митрополитов Русской церкви, а со взятием Константинополя турками в 1453 г. роль Царьграда, как называли столицу Византийской империи на Руси, снижается еще больше. Иван Третий в 1470 г. этот факт оценил так: «Турецкий царь церкви в мечети обратил, а которые церкви оставил патриарху, на тех крестов нет, ни звону нет – поют без звону… Православие изрушилося». А митрополит Зосима в 1492 г. провозгласил Москву «третим Римом», подразумевая под этим великое предназначение Москвы, как центра христианского мира (первый Рим – католический центр, Ватикан, второй - Константинополь, где начинают оседать мусульмане) [20].

Иван Грозный приложил немало усилий, чтобы на Руси был свой патриарх и этого добился – уже после смерти грозного царя, при его сыне Федоре Ивановиче в 1589 г. митрополит Московский Иов избран русским духовенством первым патриархом Русской Православной Церкви.

Во второй половине 17 века при проведении патриархом Никоном церковной реформы произошла великая трагедия в духовном мире – раскол. И вновь Север стал одной из арен борьбы. Сюда, в малодоступные Онежские, Мезенские, Печорские, Поморские края, ушли тысячи сторонников старой веры, образовывая скиты, сообщества раскольников. На Печоре прославил себя подвигом духовной непоколебимости, мученичества (и это вызывает уважение) протопоп Аввакум, последователи которого продолжают сохранять старую веру по сей день, особенно в Усть-Цилемском районе Коми. Пройдет менее века и очередная ломка – 14 февраля 1721 г. Петр Первый вместо патриаршества введет управление церковными делами через Святейший Синод, фактически подчинив церковь государственной власти.

Приведем статистические данные. Если при Петре Великом в России было около 15 млн православных от общего числа населения в 21 млн, то по дореволюционной переписи 1915 г. из 182 млн человек 115 млн записаны как православные. До ликвидации Петром патриаршества Россия  имела 20 епархий с 20 епископами, кончила свой имперский период Русская Церковь при 64 епархиях и приблизительно 40 викариатствах, возглавляемая более чем 100 епископами. Числились в ней: свыше 50 тыс. церквей со  100 тыс. представителей духовенства, до 1 тыс. монастырей с 50 тыс. монашествующих. Православная церковь обладала четырьмя духовными академиями, 55 семинариями, 100 духовными училищами, 100 епархиальными училищами, с 75 тыс. учащихся ежегодно. Этот количественный рост свидетельствует об активной миссионерской деятельности Русской Церкви, имевшей высокий авторитет и вне пределов России [21].

Относительно нашего Севера картина выглядит так. С 1580-х гг. епархия  именуется Вологодской и Великопермской с центром в Вологде. С 1657 г., после передачи вологодскому архиепископу земель Белозерья, епархия именуется Вологодской и Белозерской, а в 1788-1888 гг. - Вологодская и Устюжская, которая включала в себя два уезда, заселенные коми народом: Яренский и Усть-Сысольский. На территории епархии проживало около 1,4 млн человек, действовали 925 церквей, 21 монастырь с 263 монахами; белого духовенства было 1989 человек. Работали 896 церковно-приходских школ и 398 школ грамоты, где учились около 30 тыс. детей. Имелась семинария, 5 духовных и 2 епархиальных женских училищ [22].

Один из епископов Вологодских, Евфимий Алексеевич Болховитинов (в монашестве Евгений, годы епископства 1808-1813), оставил особый след как историк -  выдающийся археограф по древним рукописям и  исследователь по археологии и сфрагистике (наука о печатях), автор ряда научных трудов, в том числе по истории северных территорий.

На рубеже 16-17 вв. непосредственно на землях, заселенных коми, было 28 приходов, 48 храмов и 8 часовен. А к началу 1917 г. на 170 тысяч жителей – 177 православных храмов. Из них: 103 приходские церкви, 27 приписных и 9 монастырских относились к Вологодской и Тотемской епархии, а 27 приходских и 8 приписных – к Архангельской и Холмогорской епархии, 2 храма – к Вятской и 1 – к Пермской. 84 храма были каменными, остальные – деревянными. Из монастырей было два: Троицко-Ульяновский, восстановление которого началось с 1860-х гг. под руководством иноков Соловецкого монастыря, т.к. в период секуляризации церковных владений в 18 веке Ульяновский монастырь был упразднен; второй монастырь – Кылтовский женский. Оба находились в введении Вологодской епархии [23].

На территории нынешнего Сосногорского района, где к началу 20 века проживало менее 2 тысяч человек, действовали: Усть-Ухтинская приходская церковь во имя пророка Божия Илии, построенная в 1865 г. на средства прихожан; приписная церковь Святого Николая Мирликийского Чудотворца в д.Аким, церковь Вознесения Господня в д.Порожск и часовня во имя Георгия Победоносца в д.Винла. Все церкви деревянные, относились к Вологодской и Тотемской епархии. К Архангельской епархии относился Печорский уезд, южные границы которого захватили не упомянутые нами деревни Сосногорского района: Пожня, Одесдино, Крутая, но в них церквей не было – население посещало храмы в соседних селах. А названные выше церкви Архангельской епархии располагались на землях нынешних районов Коми: Ижемского, Печорского, Удорского, Усть-Цилемского и Усинского.

В 1899 г. в Усть-Ухте открылась церковно-приходская школа. Ее перевели из частного дома в здание новой церкви, построенной вместо сгоревшей. Первым учителем стал Афанасий Васильевич Чупров из ижемского села Сизябск. При школе была небольшая библиотека. Но в 1903 г. школу закрыли в связи с передачей церкви под начало другой епархии, но занятия с детьми не прерывали,  уроки велись в доме Степана  Поликарповича Рочева.

После революций 1917 г. восторжествовала политика воинствующего атеизма, хотя на 1-м Всероссийском поместном соборе в ноябре 1917 г. и было восстановлено патриаршество во главе с Тихоном (до пострижения в монахи – Василий Иванович Белавин). Но его вполне естественная негативная реакциям к диктатуре новой власти, к творящимся насилиям и призывы к прихожанам не признавать такую власть обернулись трагедией для него самого и для Русской церкви. Новая идеология утверждалась жесточайшими преследованиями священнослужителей, с их физическим уничтожением, разрушением церквей и расхищением их имущества. Многие храмы превращены в тюрьмы, концлагеря, наиболее зловещим из которых стал СЛОН (Соловецкий лагерь особого назначения).

В 1918 г. арестован священник села Усть-Ухта и его жизнь оборвалась.  Церковь переделали под клуб с библиотекой, с 1926 г. там стали проходить просмотры фильмов, т.е. храм превратился из духовно-религиозного центра в духовно-светский (можно считать, что в условиях господства атеизма это был благоразумный вариант использования храма). В целом по Коми АССР к 1941 г. в республике не осталось ни одной действующей церкви. Только после Великой Отечественной войны разрешили открыть три храма, т.к. никакие репрессии не могли вытравить из памяти народа следы религиозной духовности.

Заключение

С начала 1990-х гг. возобновляется истинно духовное просвещение в масштабе государства. Идет реставрация соборов, строительство новых. С этого времени в теме наших туристско-краеведческих экспедиций «По водно-волоковым дорогам переселенцев Севера» добавляется новый пункт – «Дороги православных миссионеров».

6 октября 1995 г. указом Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Алексия Второго создана в Республике Коми епархия Сыктывкарская и Воркутинская, а 19 декабря того же года в Патриаршем Богоявленском соборе Москвы архимандрит Троицко-Стефаново-Ульяновского монастыря Питирим (в миру – Волочков Павел Павлович) был рукоположен в сан епископа. До этого события церкви Коми входили в состав Архангельской и Мурманской епархии.

Усилиями епископа Питирима много сделано для возрождения православной веры в крае с открытием новых соборов, значительным ростом числа прихожан.  С началом 1990-х гг. связано восстановление православных церквей в Сосногорском районе. В 1994 г. ухтинский священник Дмитрий Синюга благословил сосногорцев на создание православной общины. Получена была поддержка и из г.Печоры от настоятеля храма Святой Варвары, иеромонаха Питирима, будущего епископа. В начале 1995 г. в одном из домов в районе частных построек по ул.Ленинградской, между 5 микрорайоном и железнодорожной частью города, начались строительные работы. Храм строился всем миром, священником стал  член Сосногорской общины – Евгений Александров. Как первый настоятель, он начал миссию  по возрождению православных обрядов крещения, венчания, причащения и т.д. В августе 1996 г. епископ Сыктывкарский и Воркутинский Питирим освящает часовню в честь священномученика  Валентина на новом кладбище. Летом этого же года рукополагается во священники прихожанин Сергей Альбертович Филиппов, ставший весной 1997 г. настоятелем сооруженного при нем  красивого деревянного храма  в честь преподобного Серафима Саровского. Значимой популярности, в том числе среди учащейся молодежи,  протоиерей Сергий добился благодаря своей энергичности, коммуникабельности,  музыкальному дарованию с хорошим вокалом и мастерством владения гитарой,  разносторонней эрудиции с лекторскими данными. Первый крестный ход прихожан церкви Серафима Саровского от Сосногорска до г.Ухты состоялся в праздник Успения Божией Матери 28 августа 1999 года. Пройдет немного времени и прихожане построят надкладезные часовни на родниках: за железнодорожным мостом через р.Ижма и за автодорожным мостом через р.Ухту. В промышленной части города, в Сосновке, начнет службу  церковь Покрова Пресвятой Богородицы с настоятелем Сергеем Владимировичем Токмаковым. Откроются храмы и в  поселках Нижний Одес, Войвож.

Проходя водными и сухопутными дорогами, печалимся при виде запустения былых духовных центров Руси, и любуемся картинами их возрождения, когда маковки куполов устремляются в небо – к Богу. Как можно было прекрасные творения мастеров церковного зодчества подвергнуть разрушению?! Ведь они были именно сотворены, не сляпаны наспех, а храмы и их служители несли народу образование, нравственную культуру, вытаскивая из тьмы невежества, устремляя помыслы к духовному очищению, совершенству, любви к ближнему.

При интенсивных интеграционных и миграционных процессах современного мира роль Церкви, исходя из ее многовекового опыта миссионерской деятельности,  может проявиться как решающая сила в процессе сохранения национальной самобытности государства, традиционной духовной культуры, способной противостоять любым формам внешней экспансии. Ныне живущему поколению необходимо соизмерять свои поступки с бескорыстным подвижничеством православных просветителей – как безвестных, так и оставивших свое имя в истории. Они выполнили свою миссию – сохранили и укрепили Россию, перенеся невиданные лишения ради будущего процветания Родины. Низкий им поклон благодарности за их подвиг.

От автора: хотелось бы, чтобы данная работа помогла прозреть тем, кто не знал, какая ноша была возложена Русской Православной Церковью на своих служителей, какими они были – первые просветители земли Русской и, в частности, нашего Севера.

Участки маршрутов переселенцев и православных миссионеров Новгородская и Тверская области:

 

  1. Сплав от г. В.Новгород по оз.Ильмень, рр.Ловать, Пола, затем:
    - вверх по притокам Щебериха и Стабенка, 5 км волока до истока Волги, а до верхневолжских озер 10 км;
    - по р.Щебериха до с.Рвеницы, 10 км волока до оз.Селигер, сплав по озеру до истока р.Селижаровка и по ней до Верхней Волги 40 км.
  2. От г. В.Новгород по оз.Ильмень и рр.Мста и Тверица через сеть мелких озер и притоков (через г.Вышний Волочек) на р.Волга у г.Тверь.

 

Новгородская, Ленинградская и Вологодская области, Карелия:

  1.  От г. В. Новгород по р.Волхов, оз. Ладожское, р.Свирь, оз.Онежское, сеть озер и притоков с волоковыми переходами на Белое море (нынешний Беломоро-Балтийский канал).
  2. От г. В. Новгород по р.Волхов, оз. Ладожское, р.Свирь, оз.Онежское, сеть озер и притоков с волоковыми переходами на Белое озеро (нынешний Волго-Балтийский канал), оттуда:
  • вверх по притоку Ухтома Белозерская, 5-км волоком на р.Ухтому Чарондскую до с.Коротецкая, р.Мадлона, оз.Воже, р.Свидь, оз.Лаче, р.Онега до Белого моря;
  • вниз по р.Шексна с выходом на р.Волга или на оз.Сиверское у г.Кириллов, далее по сети озер и притоков с волоковыми переходами на  озеро Кубенское (нынешняя Северо-Двинская канальная система), оттуда на р.Сухона, по ней на р.Вологда до г.Вологда или до Северной Двины, до Белого моря и бассейна р.Вычегда;
  • от оз.Кубенское вверх по р.Кубена,  в окрестностях п.Вожега выйти на р.Воже, оттуда на озера Воже и Лаче, р.Онега и до Белого моря или от р.Кубена в окрестностях дд.Раменье и Гремячий по притокам и волоком (до 5 км) до р.Вага, по ней до р.Северной Двины и до Белого моря.

Костромская, Нижегородская, Кировская области:

  1. Вверх по притоку Волги Унже в Костромской области до северных ее истоков на юге Вологодской области около 600 км, 10 км волоком до притоков Северной Двины: рр. Шепшенга, Шарженьга, Юг.
  2. Вверх по Унже 200 км (до нынешнего г.Мантурово), оттуда волок 50 км до р.Ветлуга (у г.Шарья), еще 200 км вверх по Ветлуге до притоков р.Молома (бассейн р.Вятка) у древнего г.Котельнич= 450-500 км
  3. Вверх по Ветлуге от ее устья 520 км (район г.Шарья), оттуда до сближения с  р.Молома (бассейн Вятки) еще 200 км= 720-750 км.
  4. При прохождении по рр.Волга, Кама и Вятка маршрут переселенцев, указанный в исторической хронике, в два раза длиннее: от устья р.Унжа до устья р.Камы 870 км, вверх по Каме и Вятке до Котельнича еще 540 км = 1410 км; от устья р.Ветлуги по тому же маршруту: 530 + 540 км= 1070 км.  Поэтому заселение Вятского края могло проходить и по более короткому пути (маршруты №№2-3).

Источники

  1. Савельева Э.А., Королев К.С. По следам легендарной чуди. - Сыктывкар: Коми книжное издательство, 1990, с. 121-123.
  2. Карамзин Н.М. История государства Российского. Том 1. – Калуга: «Золотая аллея», 1993, с. 30-31.
  3. Тэор О.Г. Святая равноапостольная великая княгиня Российская Ольга.- Псков: Храм Святого Александра Невского, 2004, с. 3-15.
  4. Карамзин Н.М. Указ. соч., том 1, с. 108.
  5. Монахов Д.Т. Тайна Святого Варнавы. Очерки варнавинской земли. – Варнавин: Краснобаковская типография, 1992. – 60 с.
  6. Савельева Э.А., Кленов М.В. Пожегское городище на Выми // Тезисы докладов Коми республиканской научно-практической конференции по историческому краеведению. – Сыктывкар: Коми Научный Центр Уральского отделения АН СССР, 1988, с.56-58.
  7. Епифаний Премудрый. Житие Стефана Пермского // Научно-популярное издание. – Сыктывкар: Коми книжное издательство, 1993. – 176 с.
  8.  Низов В.В. Древнейшие известия о Вятском городе Слободском// Сборник материалов научно-практической конференции. – Слободской: Управление культуры Слободского района, 1995, с.6-9.
  9. Смоленцев Л.Н. Великий зырянин // Родники пармы. Научно-популярный сборник. – Сыктывкар: Коми книжное издательство, 1993, с.26.
  10. Карташев А.В. Указ. соч., том 1, с.369, 389.
  11. Карташев А.В. Указ. соч., том 2, с.317.
  12. Коновалов Ф.Я., Панов Л.С., Уваров Н.В. Вологда в 12-нач.20 вв.// Краеведческий словарь. – Архангельск: Северо-Западное книжное издательство, 1993, с.62.
  13. Рогачев М.Б. «Постави церковь свою Стефан»// «Памятники Отечества». Альманах Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, 1996, №36, с.145-151.

Использованы материалы историко-краеведческих музеев населенных пунктов на маршрутах экспедиций в Архангельской, Вологодской, Кировской, Костромской, Ленинградской, Новгородской, Тверской, Ярославской областях, республиках  Карелия, Коми.

Тарасов Л. Миссия Русской Православной Церкви на Европейском Севере (PDF)